Птичий двор

БАБУШКИНЫ СКАЗКИ (для детей и взрослых)

Утро на Птичьем дворе начиналось, как обычно. Хозяйка вынесла корм, и на её призыв со всех сторон стали сбегаться Куры. Старые Куры, дородные, солидные и потому особенно важные молча и степенно шли на зов Хозяйки. Молодые же Куры со всех ног мчались к кормушке. И только одна Кура с выводком цыплят не спешила на знакомый зов: её-то Хозяйка кормила отдельно от всех, да ещё непременно вкусненьким.

Предводитель всех Кур, крупный Петух с ярким красным гребнем и такими же яркими красными серьгами, в красивом цветном оперенье не бежал и не трусил вслед за своим гаремом, а шагал неторопливо, важно, как и подобает хозяину Птичьего двора. Все Куры были из породы пеструшек, а потому казались одинаковыми, но это лишь на первый взгляд. Под одинаковой внешностью скрывались разные характеры: строгие матроны, всех поучающие и не допускающие ничьих возражений; весёлые болтушки-­хохотушки, разносящие сплетни по всему двору; откровенные лентяйки-­лежебоки, для которых весь смысл жизни в том и состоял, чтобы поесть да полежать ­где-нибудь в пыльной тёплой ямке, очищая пёрышки и жмурясь на солнышке от удовольствия. Были средь них и бедняжки-­трудяги, что день-деньской бродили по двору и рылись, рылись, отыскивая червячков, букашек, а то и вкусные зёрнышки; были и так называемые мамаши – их священный долг сводился к высиживанию и воспитанию цыплят. Юные же особы, молодые Курочки, только ещё формировались, приглядываясь к тем и этим, беря на вооружение привычки и манеру поведения взрослых Кур.

Поев сытного корма, все кто куда разошлись. Время близилось к обеду, как случилось то, что переполошило всех Кур. Раньше положенного часа обеда на Птичьем дворе появилась Хозяйка с корзинкой в руках, достала из неё Курочку и, ласково приговаривая, поставила её на землю. Казалось бы: что тут странного? Ну, приобрела Хозяйка ещё одну Курочку для общего стада. Дело в том, что была молодая Курочка белее снега зимой и тем резко отличалась от всех Кур на Птичьем дворе. Растерянная новенькая робко взирала на сбежавшуюся куриную толпу, затем, преодолевая свою робость, тихим голосом сказала: «Здравствуйте, сударыни, меня зовут Белянка. Надеюсь, вы примите меня в свой круг?» На что возбуждённые дерзостью «выскочки» (так сразу они её окрестили) Куры закудахтали, загалдели, давая понять новенькой, что она здесь пока ещё никто и церемониться с ней не будут. Куры разбредались по разным сторонам, шумно обсуждая появление совсем не похожей на них особы. Их же предводитель, Петух, подойдя к Белянке, галантно предложил ей пройтись с ним к навозной куче, где можно поживиться ­чем-нибудь вкусненьким. Белянка пошла с Петухом, чем вызвала настоящую бурю гнева у обитательниц Птичьего двора. Вы только посмотрите, не успела появиться, как уже очаровывает нашего Петуха! Наглая выскочка! Ну, мы тебе ещё покажем!..

Справедливости ради, следует заметить, что так кричали не все Куры. В основном, это были солидные матроны, когда-то присвоившие себе право всеми командовать, всех поучать, всех подчинять. Куры моложе так не считали, а с любопытством, некоторые даже с лёгкой завистью поглядывали на белоснежную Курочку и были не прочь познакомиться с ней поближе.

Во время обеда и ужина Куры-старожилы не подпускали Белянку к кормушке, больно клевали острыми клювами в затылок. Это заметила Хозяйка и, жалея, покормила Белянку с рук, тем самым погубив её репутацию: в глазах всех она была уже не просто наглой выскочкой, хитрой, но и неженкой, хозяйской любимицей. Ночью, когда все Куры удобно устроились на насесте, Белянке не нашлось там места. Глотая слёзы, она ­кое-как пристроилась на лесенке, приставленной к насесту, а на рассвете свалилась вниз, вызвав всеобщий гомерический хохот. И лишь Петух своим пронзительным ку-ка-ре-ку смог остановить поток издевательств над Белянкой.

С этого дня началась настоящая травля новенькой: её клевали, щипали, на неё шипели, её отпихивали от корма и воды; и куда бы она ни пошла – всюду и всем она мешала, отовсюду её гнали, и даже заступничество Петуха не спасало Белянку от тихо ненавидящих её Кур. Униженная и обессиленная от голода она смогла, наконец, забиться в густые лопухи, что тесной стеной росли вдоль забора. Здесь в полном одиночестве она горько оплакивала свою несчастную судьбу. Прошло несколько дней, и уже всем стало ясно, что новенькая пришлась не ко двору. Белянка худела, ходила с опущенной головой, что придавало ей виноватый или даже больной вид. Молодые шустрые Курочки, видя озабоченность Хозяйки и её беспокойство о Белянке, уже заключали между собой пари о дальнейшей судьбе новенькой.

Но однажды, когда Белянка, подобрав жалкие остатки обеденного пиршества Кур-старожилов, отправилась по обыкновению в лопухи, случилось вот что. Неподалёку от лопухов гуляла со своим выводком цыплят Кура-мамаша, именуемая на Птичьем дворе просто клушей. Цыплята копошились рядом с ней, и только один несмышлёныш отошёл далеко, гоняясь то за мухами, то за низко порхающей бабочкой. Белянка с любопытством наблюдала из зарослей за цыплёнком. Вдруг какая-то серая тень накрыла цыплёнка, ухватила его когтями. Это был ястреб, к счастью, оказавшийся молодым и не особо смышлёным. Опустившись слишком низко и не рассчитав скорость, он схватил цыплёнка, но крыльями ударился о лопухи и поэтому не смог сразу взмыть вверх с добычей в когтях. Цыплёнок тоненько пищал, чуя неминуемую гибель. Какая-то неведомая сила вытолкнула Белянку из убежища. Стремглав налетела она на ястреба и ударила его острым клювом прямо в голову, затем ещё раз, ещё… Ошеломлённый ястреб на мгновение ослабил хватку, и из его когтей вывалился полуживой от страха цыплёнок. Тут подоспела и клуша… Другие Куры вместе с Петухом бежали на помощь. Обескураженный неудачей и яростным нападением Кур ястреб еле-еле смог взлететь, а взмыв вверх, полетел прочь от Птичьего двора.

Отдышавшись, Кура-мамаша стала горячо благодарить Белянку: «Сударыня, вы спасли жизнь моему малышу! Я никогда этого не забуду! Отныне я ваша должница и ваш верный друг!» Вслед за ней и другие Куры стали выражать своё восхищение её храбростью, нет, нет, скорее, подвигом. Смущённая Белянка только успевала кланяться и лепетать: «Что вы, сударыни… как же иначе… так и должно было поступить… рада, что могла помочь малышу…»

С этого часа всё изменилось для Белянки. Куры уступали ей место у кормушки и поилки, никто более не клевал, не гнал прочь, а все вновь и вновь обсуждали недавнее происшествие, которое могло стать трагедией для Куры-мамаши, если бы ни вмешательство бесстрашной Белянки. Пожилые матроны теперь часто беседовали с Белянкой о дворовом этикете, посвящая её во все маленькие тайны Птичьего двора; молодые Куры с интересом расспрашивали о краях, откуда она пришла; цыплята, едва завидев её, дружно кричали: «Здравствуйте! Как вы поживаете? Мы вас любим, тётя Белянка!» И на насесте Белянке было отведено теперь почётное место рядом с самим Петухом.

И всё так стало хорошо для Белянки, но вот ночами, когда весь Птичий двор погружался в глубокий сон, Белянка иногда с лёгкой грустью думала: «Почему же надо непременно совершить какой-то особый поступок, даже подвиг, чтобы тебя все признали и приняли?» Но затем эти мысли куда-то улетали, Белянка прятала головку под тёплое крылышко и мирно засыпала.

Поделиться в соцсетях

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *