Меню
16+

Общественно-политическая районная газета «Земля ветлужская»

06.03.2017 15:07 Понедельник
Если Вы заметили ошибку в тексте, выделите необходимый фрагмент и нажмите Ctrl Enter. Заранее благодарны!
Выпуск 15 от 04.03.2017 г.

Из всей семьи осталась только Галя

Автор: Н.С. Левашова
учитель истории, руководитель творческого объединения «Поиск», ВШ № 2

Галина Александровна Холодкова с семьёй. Фото из архива Г.А. Холодковой

Нам посчастливилось познакомиться с очень добрым человеком и интересным собеседником Галиной Александровной Холодковой во время приезда в Ветлугу летом прошлого года жителей блокадного Ленинграда.

Семья Козыревых: мама Ольга, папа Александр, дочь Галя и сын Валя.
тётя Аня

Оказалось, Галина Александровна до Ветлужского детского дома воспитывалась в Калининском детском доме, куда была эвакуирована в июле 1942 года из блокадного Ленинграда вместе с Сестрорецким детским домом (авт. – вместе с ним был эвакуирован и Ленинградский детский дом № 20, который разместили в Беляевке). Галина Александровна написала нам свои воспоминания о Калининском и Ветлужском детских домах, выслала фотографии, подарила книгу «Мы с тобой, Ленинград!», в которой собраны архивные документы, воспоминания людей, эвакуированных в Горьковскую область из блокадного Ленинграда.

Галине Александровне было шесть лет, когда начались война и блокада Ленинграда. О том, как попала в детский дом, как жила её семья до войны, она узнает несколько лет спустя, после встречи с человеком, благодаря которому выжила в блокадном городе. Это была её тётя Аня.

«Наша семья состояла из четырёх человек: папа Александр, мама Ольга, брат Валя и я – Галя Козырева. Папа работал на Кировском заводе г. Ленинграда, мама – в детском санатории г. Сестрорецка. Потом к нам приехала родная сестра мамы – Аня, и нас стало пять человек. В садик мы не ходили – с нами сидела Аня, пока родители были на работе. Когда началась война, папа ушёл на фронт, погиб под Ленинградом. Мама продолжала работать, пока не случилась беда. Однажды она пошла получать продукты по карточкам и не вернулась – была бомбёжка, и она погибла. Аня ходила её искать, но не нашла. Мы остались без мамы, без карточек и без продуктов. С нами была только Аня, которой исполнилось 16 лет. Мой брат Валя всё время плакал и просил хлеба. Потом он умер, и Аня на саночках свезла его в общую могилу. В то время в Ленинграде всех так хоронили. Аня отдала меня в Сестрорецкий детский дом, а её положили в больницу – сильное истощение. После лечения Аню отправили с другими детьми в г. Барнаул».

Сестрорецкий детский дом распределили в р.п. им. М.И. Калинина Ветлужского района. Воспоминания о детском доме сохранились хорошие, хотя читать их очень грустно: «Одеты мы были все одинаково, стригли всех наголо. Платья шили из простыней, потом красили. Когда к нам в детский дом приходили деревенские женщины, чтобы взять на усыновление детей, то всегда спрашивали – где у нас мальчики, а где девочки – отличить было трудно».

Детский дом стоял на хорошем месте: рядом речка, сад, мельница, молочная ферма, лес. В детском доме была своя пасека, когда качали мёд, детям давали соты. Летом ходили в лес за ягодами каждый день. Каждый воспитанник должен был сдать определённое количество ягод в «общий котёл», потом детям варили компот, кисель. Мальчишки постарше ловили рыбу и раков, которых в речке было много. «Бывало, принесём раков на кухню, поварихи бросят их на плиту. Раки из серых делались красными. Поварихи кричали, чтобы мы забирали своих раков, – уже сварились. Всегда у нас было первое, второе и компот, чай, молоко – разное меню. У каждого были свои ложка, тарелка и чашка. Времена были трудные, но мы не голодали». Но Галина Александровна не помнит, чтобы у них были игрушки. Её последней игрушкой была кукла, которую она везла с собой из Ленинграда. Её забрала воспитательница для своей дочки.

В 1944 году за детьми начали приезжать родные – многие уехали в Ленинград. у кого не было живых родителей, остались в детском доме. «Как мы плакали! Нам тоже хотелось поехать в Ленинград – казалось, что вернувшись назад, мы будем жить как раньше, ведь мы были ещё совсем маленькими и не понимали, что «как раньше» уже не будет».

После четырёх классов из Калининского детского дома детей перевели в Ветлугу. «Детские дома отличались друг от друга, как небо от земли. В Калининском детском доме было тихо, спокойно, дружно, может быть потому, что народу было меньше. Запомнился первый день, когда мы приехали в Ветлугу. Когда пришли в столовую обедать, ложки не каждому раздали, а бросили в кучу. Все вскочили, стали их хватать – до сих пор стоит эта картина перед глазами. потом принесли какой-то суп, а на второе – три печёных луковицы. Сразу захотелось обратно – в «свой» детский дом».

В Ветлужском детском доме дети были уже постарше, поэтому всё делали сами. Конечно, многое в жизни пригодилось – умели готовить, стирать, шить, вязать, не боялись любой работы.

Ходили в школу № 2 с пятого по восьмой класс. Все учителя детям нравились, но больше всех в классе Галины Александровны любили учительницу русского языка и литературы – Л.В. Тихомирову. «В конце учебного года, когда расцветали ландыши, мы шли в лес и набирали огромные букеты. С цветами шли домой к Лидии Васильевне, она угощала нас чаем с пирогами. Потом мы садились в кружок у неё в саду и слушали интересные рассказы. Наш класс больше всех писал сочинения – мы очень старались, чтобы Лидия Васильевна нас похвалила».

Запомнилась воспитательница из детского дома – Зоя Евстафьевна, которая всем именинникам на день рождения приносила варенье из тыквы. Когда детям давали чай с сахарным песком, чай пили несладкий, а песок отдавали ей на варенье. Иногда сами варили сахар в ложках на печке – конфеты. Зимой делали мороженое – выливали молоко в железные кружки и уносили морозить на чердак. Из хлебного мякиша делали разные фигурки, приклеивали на железную дверку печки, а потом поджаренные ели. Летом переплывали Ветлугу, брали с собой наволочки – набивали диким луком. Лук приносили в столовую, крошили в суп и ели «окрошку». Вот такие были лакомства!

Иногда в детском доме появлялись люди, чтобы взять себе ребёнка на воспитание. Запомнился случай, когда приехали люди из Уреня, чтобы удочерить Нину Васильеву. Она училась в седьмом классе. Была красивая девочка, хорошо пела (авт. – эвакуирована из блокадного Ленинграда в июле 1942 года. В Ветлужский детский дом попала из Беляевского детского дома. после Ветлуги уехала учиться в Симферопольский техникум пищевой промышленности). Через год Нину привезли обратно. Она очень переживала, а мы все переживали за неё – не думали, что такое может быть – ещё раз потерять семью было страшно.

Когда Галина Александровна училась в седьмом классе, нашлись её родные. Тётя Аня, как только вернулась из Барнаула, начала её искать – писала во все детские дома Горьковской области. И вот – удача! «Однажды, в детском доме, мы собирались в лес за ягодами – обматывали свои ноги тряпками, так как обуви ходить в лес не было. Делали на ноги «чулки» поплотнее, особенно когда шли за малиной или смородиной – сплошной бурелом. В это время и пришла к нам в комнату заведующая детским домом, спрашивает, помню ли я свою тётю Аню. Я ответила, что Аню не помню, а вот Нюру – помню, мамину сестру. Она мне дала письмо от Ани, где была фотография моих родителей и Ани, чтобы я могла их узнать. Она писала, что давно меня разыскивала и вот – нашла. Первое письмо Ане мы писали вместе с директором, так как я сама не умела писать письма, хотя уже ходила в школу. Так началась наша переписка. Аня написала, что у меня жива бабушка, есть тётушки и дядюшки – мамины сёстры и братья в Белоруссии. Две мамины сестры всю войну были в партизанском отряде под Витебском, два брата прошли всю войну, дошли до Берлина. Из их семьи умерла только моя мама».

В летние каникулы Галина отправилась в Ленинград. В детском доме объявила, что обратно не вернётся – останется с Аней. Директор детского дома – Леонид Иванович – попросил учительницу, которая ехала в Ленинград к дочке, проводить Галину и узнать, как живёт Аня. Оказалось, что Аня живёт в общежитии, в комнате на 25 человек. Леонид Иванович написал Ане, чтобы она отправила меня обратно. Пришлось вернуться и пойти в восьмой класс. Осенью детей отправили «на картошку» – помогать колхозам. Там Галина Александровна познакомилась с девчонками, которые учились в РУ в г. Горьком. Они так интересно рассказывали о своей учёбе, о жизни в большом городе, что ей тоже захотелось поехать. Галина Александровна поехала поступать в ремесленное училище, которое так хвалили девчонки, но учебный год уже начался, поэтому все группы были укомплектованы. Разговор с директором РУ состоялся в присутствии сотрудника РУ № 11 г. Балахны. Он посмотрел документы и забрал Галину Александровну с собой в Балахну. Приняли в группу токарей. Выдали рабочую одежду, обувь. Здесь она первый раз надела туфли – их выдали ходить на учёбу. Они были тряпочные, а девочки их мазали гуталином, чтобы туфли казались кожаными. Когда начала зарабатывать, обувь всегда покупала хорошую – не экономила. Первой покупкой с зарплаты были наручные часы, они стоили 870 рублей – вся зарплата. Исполнилась заветная мечта, правда целый месяц пришлось есть пустые макароны. С деньгами поначалу было трудно – частенько были голодными. Но жили весело: общежитие располагалось около Дворца культуры, рядом парк, стадион. Ходили на танцы, на каток.

В училище было 500 человек: две группы девчонок, остальные – ребята. Готовили электриков, монтажников, слесарей, которые были нужны во время строительства Горьковской ГЭС. Многие мальчишки потом туда и уехали. А девчонок отправили на завод «Красное Сормово». На завод приехала в 1951 году, работала токарем. Училась в вечерней школе, потом поступила на заочное отделение в Московский судостроительный техникум. Получила специальность «технолог-судостроитель». Техникум закончила с отличием, за что получила благодарность от завода и денежную премию. Работала старшим плановиком, всегда была на хорошем счету – получала благодарности в цехе и от завода.

Ушла с завода в 1994 году. Получила хорошую двухкомнатную квартиру, когда вышла замуж. Муж тоже работал на заводе. Воспитали сына. Вместе ездили каждое лето к родственникам, обязательно к Ане. У неё рано умерли муж и ребёнок, жила одна. Побывали в Сестрорецке. дом, в котором жила семья Козыревых стоит до сих пор на берегу речки Сестра. Встретились с маминой подругой, которая пережила всю блокаду, сходили на место, где был санаторий, в котором мама работала. Аня звала к себе в Санкт-Петербург, но для Галины Александровны г. Горький уже стал родным.

Галина Александровна сохранила добрые воспоминания о детстве, но очень жалеет детдомовских детей: «Сейчас смотрю на детдомовских детей – они недалеко живут от моего дома, и думаю, что им сейчас там жить тяжелее, чем нам. Материально, конечно, лучше. Но они смотрят на детей с родителями и переживают, ведь нас война разбросала, а их родители бросили».

Встреча с Галиной Александровной, её помощь имеют большое значение для нашей исследовательской работы, посвящённой детским домам, в которых воспитывались дети, эвакуированные из блокадного Ленинграда.

Добавить комментарий

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные и авторизованные пользователи. Комментарий появится после проверки администратором сайта.

53