Меню
16+

Общественно-политическая районная газета «Земля ветлужская»

19.12.2016 16:26 Понедельник
Если Вы заметили ошибку в тексте, выделите необходимый фрагмент и нажмите Ctrl Enter. Заранее благодарны!
Выпуск 93 от 10.12.2016 г.

Ветлужская быль. Часть первая. Облик дореволюционной Ветлуги

Автор: Л.Д. ШКЕЛЬДИН

Ветлуга начала XX века. Общий вид земской больницы. 

Молодёжи города Ветлуги посвящаю.

Главный врач больницы П.Ф. Гусев
Ветлуга начала XX века. Женская гимназия
Мужская гимназия. Фото из архива Ветлужского краеведческого музея

начало в №№ 89, 91 «ЗВ»

Здравоохранение

Медицинское обслуживание населения города и уезда проводилось через оказание медицинской помощи больным – коечным лечением и лечением на дому. Из лечебных учреждений того времени была единственная больница (по Костромской улице), которая и по настоящее время, и на том же месте продолжает стоять, восхищая своей скромной и простой архитектурной внешностью.

Главным врачом больницы был Гусев Павел Фёдорович – хирург. В исключительных и необходимых случаях зачастую выполнял обязанности терапевта и даже акушера. За продолжительную и безупречную работу П.Ф. Гусеву было присвоено звание заслуженного врача республики, а больница теперь носит его имя.

Врачом по внутренним болезням (терапевт) был Прядильщиков К.И. (Кологривской и Центральной ул.). Глазным врачом (окулистом) был Комаров П.Н. (ул. Центральная). Обязанности разъездного врача выполняла Комарова Ю.Л. (жена Комарова П.Н.), которая нередко пешком ходила по городу, навещая больных.

Примерно в 1910 году в жаркую июльскую пору в городе Ветлуге вспыхнула эпидемия холеры. Местные власти города на первых порах растерялись, нашёл на них страх, боязнь, как говорят, руки опустились… На фонарных столбах, на заборах появились явно абсурдного содержания объявления, рекомендующие населению города по утрам до употребления пищи принимать как профилактическое средство перцовку, т.е. водку, настоянную на перце. На другой же день все эти объявления были сорваны – уничтожены как абсолютно противоречащие радикальным мерам профилактической борьбы. Появились другие объявления, рекомендующие принимать взамен перцовки красное виноградное вино, в особенности «Кагор».

Для борьбы с эпидемией холеры были созданы добровольные летучие санитарные отряды из здоровых и сильных молодых людей, отдавших себя на общее дело борьбы с холерой как человеческим злом. Продажа на рынке овощей, фруктов и прочей зелени была взята под особый и строгий контроль. Холера делала своё «злое» дело! Ежедневно в вечернее время можно было видеть движение по Ветлужской улице транспорта лошадей с наглухо заколоченными гробами, окрашенными древесной смолой. Эти похоронные процессии направлялись на кладбище, расположенное почти в центре города – около церкви св. Петра и Павла (кладбищенской), с телами умерших от холеры для погребения. Публики при этих процессиях никого и никогда не было – во избежание распространения заразы. Через некоторый промежуток времени эпидемия холеры была полностью побеждена (ликвидирована).

Ветеринарным врачом был Алякритский К.И., проживавший на углу улиц Ветлужской и Соборной. Во дворе дома, где жил ветеринарный врач, был устроен станок для приёма и осмотра больных животных. В одной из комнат в доме была оборудована аптека. И только впоследствии была выстроена на спуске к мосту через речку Красницу лечебница для животных.

Образование и быт школы

Для начального обучения детей в г. Ветлуге существовали:

– для обучения девочек: церковно-приходская школа с их летним обучением (ул. Костромская, теперь Братская площадь), приходское училище с трёхлетним обучением (ул. Центральная);

– для обучения мальчиков: приходское училище с трёхлетним обучением (ул. Набережная – дом Кайгородова); приходское училище с трёхлетним обучением (ул. Костромская – здание городской управы), городское четырёхклассное училище, переименованное в 1913 году в высшее начальное училище (угол Соборной и Костромской улиц).

Женская гимназия являлась средним учебным заведением, помещалась, где теперь расположено педагогическое училище. В последующем была открыта мужская гимназия, расположенная по Костромской улице – в доме купца А.С. Чиркина. В те прошлые времена детей принимали учиться в начальное училище с девятилетнего возраста. Таким учеником в 1906 году пришёл и я в приходское училище по ул. Набережной, сев за четырёхместную классную парту.

Нашим учителем был Кир Флавьевич Владимиров, прекраснейший преподаватель и человек. Ребята его уважали, соблюдали школьную дисциплину и классный порядок. К ученикам нашего класса, за редким исключением, никаких мер наказания не применялось. В других же классах к провинившемуся ученику применялось наказание, доходящее до рукоприкладства, т.е. били ученика линейкой, драли за уши. Ставить на колени в угол и у доски – это было явлением обычного порядка. Существовало наказание, называемое оставить «без обеда». Такое наказание сводилось к тому, что у провинившегося ученика отбиралась шапка, и этот ученик после ухода домой товарищей по классу оставался в школе в продолжение целого часа. Особую любовь к этому методу наказания проявлял преподаватель Закона Божия священник Василий Покровский. Мне тоже пришлось испытать на себе это наказание за незнание одной божественной молитвы.

Писать первоначально нас учили на грифельных (аскидных) досках, а затем через некоторый период применялись обыкновенные ученические тетради. Грифельные (аскидные) доски изготовлялись из глинистого сланца. Грифельной палочкой, заострённой как карандаш, наносились на аскидную доску буквы, цифры, слова, примеры, задачи и целые предложения. Написанное стиралось слегка смоченной тряпочкой. Аскидные доски и грифели продавались в магазинах. Размеры досок были разные – 20 см х 25 см и менее.

В начальном приходском училище бальная система оценок успеваемости не применялась, не велись и дневники. В тетрадях по русскому языку и арифметике в зависимости от правильности выполненного задания учителем делались цветным карандашом или красными чернилами отметки – «ст., плохо, уд., хор., оч. хор., отлично».

Для ребят в училище никаких спортивных игр или других подобных развлечений не было. В этом отношении ребята были предоставлены сами себе и занимались в свободное время тем, что только сами придумывали или находили. Библиотеки тоже не было, не было детской библиотеки и вне училища. Если кто из ребят приносил в класс интересную книгу, то её передавали друг другу под партой, чтобы не видели и не знали другие ребята.

В субботние дни ходили всем училищем в церковь на церковную службу «всенощная». Третий год обучения заканчивался выпускным экзаменом по всему пройденному курсу. На экзамене присутствовали инспектор народных училищ, классный учитель и преподаватель Закона Божия. Ученикам, сдавшим экзамен на отлично, выдавались похвальные листы.

Летом 1909 года я выдержал конкурсный экзамен в первый класс городского училища. С этого момента мы имели право носить ученическую форму, установленную для городского училища, – серый костюм, фуражку со значком, изображающим две скрещенных ветки, а между ними буквы «Г.У.» и ремень с металлической бляхой (пряжкой) с такими же буквами «Г.У.» или, как с иронией говорили: «Гуся украл!».

В городском училище была введена бальная система отметок об успеваемости, велись дневники. Из класса в класс переводились по экзаменационным результатам при билетной системе сдачи экзаменов. Первый класс помещался во втором этаже кирпичного здания, принадлежащего купцу А.С. Чиркину (Костромская ул.), в первом этаже размещался столярный класс.

В первый день учения в наш класс вошёл мужчина высокого роста, солидной комплекции, с блестящей на бритой голове лысиной. Одет был в синий форменный сюртук с петлицами гражданского чиновника (в каком звании – не знаю). Это и был инспектор городского училища Николай Николаевич Курочкин, который преподавал историю Русского государства. Инспектор Курочкин объяснил нам порядок обучения, о классной дисциплине и других условиях, вытекающих из жизни ученика. Касаясь учебного плана, Курочкин сообщил, что этим планом предусмотрено изучение иностранных языков – немецкого и французского. При этом добавил, что таким ученикам-беднякам, как Шкельдин, Зарубин, Груздев, и другим подобным изучать языки необязательно и нет необходимости, поскольку в будущем они продолжать своё образование не смогут. Таким же ученикам, как Мутовский, Сорокин (купеческие сынки), изучение иностранных языков обязательно и нужно.

Выслушав такое «авторитетное» заявление инспектора Курочкина, мы, бедняцкие сынки, ринулись в столярный класс осваивать простое, мужицкое и бедняцкое столярное ремесло, а купеческие сынки – изучать иностранные языки, столь нужные для буржуазной семьи и общества. Ребята, изучавшие иностранные языки, по окончании городского училища не умели даже грамотно написать «бонжур или мерси», не говоря о переводах и разговорной речи. Бедняцкие сынки, наоборот, за четыре года обучения в столярном классе в совершенстве изучили и овладели искусством столярного ремесла. Делали замечательные табуретки, столы, стулья, этажерки, полочки и т.п. – все эти изделия, отполированные под различные породы дерева, демонстрировались на выставках «Детское творчество».

В русском алфавите того прошлого времени существовали такие буквы как: IЪ (Ять), i (и с точкой), существовало и правописание с этими буквами. Изучая правописание по русскому языку, пришлось познать всю тяжесть нелепости, вытекающей из этого никому ненужного правописания. При всей массе встречающихся слов и предложений с этими казуистическими буквами нужно было знать, нужно было помнить каждый момент условий правописания. Незнание этих правил определяло оценку успеваемости по такому важному предмету, как русский язык.

В городском училище имелась библиотека, количество книг было весьма незначительное, с неинтересным содержанием, не удовлетворяющим духовные запросы учащихся. Никаких развлечений, спортивных игр или интересных, занимательных экскурсий для учащихся не было. Во дворе училища высился только один столб для гигантских шагов. Правда, иногда, и то очень и очень редко, в воскресные дни по вечерам показывали так называемые «туманные» картины – эпизоды из Отечественной войны 1812 года. Картины в полном смысле этого слова были «туманные», и на улице было «туманно», и на душе было «туманно», и дома было «туманно». Всё было «туманно», не понятно, не ясно!

В четвёртом классе при помощи преподавателя пения Кириллова был организован струнный оркестр из 7-8 учащихся 4-го класса. Этот оркестр и участвовал в концерте, посвящённом окончанию выпускных экзаменов в 1913 году.

Продолжение следует

Добавить комментарий

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные и авторизованные пользователи. Комментарий появится после проверки администратором сайта.

256